menu
person

14:24
Владимир Высоцкий — Здравствуй, «Юность»
 
 
 
 

Расширенная аннотация к стихотворению В. Высоцкого «Здравствуй, «Юность»»

Стихотворение Владимира Высоцкого «Здравствуй, «Юность»» – это откровенное, исповедальное письмо юной Ани Чепурной, ровесницы журнала «Юность», в редакцию. Этот текст, пронизанный болью, надеждой и отчаянным криком о помощи, раскрывает многогранный мир девушки, сталкивающейся с суровой реальностью жизни, которая, как оказалось, далека от романтических представлений.

Послание Ани – это не просто рассказ о личной драме, но и своего рода социологический срез проблем, актуальных для советской молодежи того времени. За внешне наивными, порой корявыми строками, скрывается глубокое понимание человеческих слабостей, несправедливости и жестокости. Автор, несмотря на свой юный возраст, демонстрирует удивительную способность к анализу, обнажая «гадючье гнездо» – уклад жизни, в котором она оказалась.

Через призму семейной истории Аня рисует картину жизни, далекой от благополучия. Болезнь матери, её духовное и, возможно, психическое расстройство, отражающееся в странных «лаях» и стремлении к «храму», отец-инвалид, чья жизнь согнута радикулитом, – всё это создает фон постоянной тревоги и незащищенности. Мир взрослых, призванный быть опорой, оказывается сам полон недугов и проблем.

Центральное место в письме занимает история Ани и её возлюбленного Мити. Их первая, как выясняется, роковая близость, произошедшая в летний день посреди «ухаба», становится отправной точкой для дальнейших трагических событий. Здесь Высоцкий с поразительной проницательностью передает всю неловкость, стыд и одновременно необратимость первых шагов на пути к взрослой жизни, подчеркивая, что «кровь-то бродит».

Дальнейшее развитие событий – появление «трёх хмырей» во главе с Колькой, их насмешки, унизительное преследование и, как следствие, «сто сорок рыл», привлеченных этой неприглядной сценой – демонстрирует жестокость и всеобщую пассивность окружающих. Аня остро чувствует, что «смех – забава для парней, страшное оружье», и понимает, что такая ситуация перед замужеством может стать настоящей катастрофой.

Обращение к «Юности» – это не просто мольба о защите, но и надежда на понимание. Аня, называя редакцию «бабой», как бы подчёркивает свою женскую солидарность, ожидая, что журнал сможет понять её, «истинную подругу», и откликнуться. Последнее обращение, с намёком на «ниже живота» и предложением «догадайся живо», является не просто провокацией, а способом показать, что она готова быть откровенной до конца, рассчитывая на понимание и сочувствие.

«Здравствуй, «Юность»» – это мощное и многослойное произведение, где за внешней простотой и народной речью скрывается глубокая драма, социальная критика и пронзительное размышление о трудностях взросления, о столкновении юношеских идеалов с жестокой реальностью. Стихотворение становится своеобразным манифестом несправедливости, одиночества и хрупкости человеческой жизни, заставляя читателя задуматься о ценности поддержки, сочувствия и искренности.

Здравствуй, «Юность», это я,
Аня Чепурная,
Я ровесница твоя,
То есть молодая.

То есть мама говорит,
Внука не желая:
Рано больно, дескать, стыд,
Будто не жила я.

Моя мама — инвалид,
Получила травму,
И теперь благоволит
Больше к божью храму.

Любит лазить по хорам,
Лаять тоже стала,
Но она в науки храм
Тоже б забегала…

Не бросай читать письмо,
«Юность» дорогая!
Врач мамашу, если б смог,
Излечил от лая.

Ты подумала-де: вот
Встанет спозаранка
И строчит, и шлёт, и шлёт
Письма, хулиганка!

Нет, я правда в первый раз
О себе и Мите…
Слёзы капают из глаз,
Извините — будет грязь.
И письмо дочтите!

Я ж живая вот реву,
Вам-то всё повтор, но
Я же грежу наяву:
Как дойдёт письмо в Москву —
Станет мне просторно.

А отца радикулит
Гнёт горизонтально,
Он военный инвалид,
Так что всё нормально.

Вас дедуля свято чтит:
Говорит пространно,
Всё — от Бога, говорит,
Или от экрана.

Не бросай меня одну
И откликнись, «Юность»!
Мне — хоть щас на глубину!
Ну куда я денусь, ну?
Ну куда я сунусь?

Нет, я лучше от и до,
Как и что случилось:
Здесь гадючее гнездо,
«Юность», получилось.

Защити (тогда мы их! —
Живо шею свертим)
Нас, двоих друзей твоих,
А не то тут смерть им.

Митя — это… как сказать?..
Это, я с которым…
В общем, стала я гулять
С Митей-комбайнёром.

Жар валил от наших тел
(Образно, конечно).
Он по-честному хотел —
Это я (он аж вспотел!),
Я была беспечна.

Это было жарким днём
Посреди ухаба…
«Юность», мы с тобой поймём:
Ты же тоже баба!

Да и хоть бы между льдин —
Всё равно б случилось:
Я — шатенка, он — блондин,
Я одна — и он один.
Я же с ним училась!

Зря мы это, Митя, зря…
Но ведь кровь-то бродит…
Как — не помню: три хмыря,
Словно три богатыря…
Колька верховодит.

Защитили наготу
И прикрылись наспех,
А уж те орут: «Ату!» —
Поднимают на смех.

Смех — забава для парней,
Страшное оружье!
Но а здесь — ещё страшней,
Если до замужья.

Наготу преодолев,
Срам прикрыв рукою,
Митя был как, правда, лев.
Колька ржёт, зовёт за хлев,
Словно с «б» со мною…

Дальше — больше: он закрыл
Митину одежду,
Двух дружков своих пустил…
И пришли сто сорок рыл
С деревень и между…

P.S. Вот люблю ли я его?
Передай три слова
(И не бойся ничего:
Заживёт — и снова…) —

Слова, надо же вот, а! —
Или знак хотя бы!..
В общем, ниже живота…
Догадайся живо! Так
Мы же обе — бабы.

Нет, боюсь, что не поймёшь!
Но я истый друг вам.
Ты конвертик надорвёшь,
Левый угол отогнёшь —
Там уже по буквам!

Категория: Владимир Высоцкий | Просмотров: 40 | Добавил: nkpt22 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar